The article is devoted to studying the metaphor of poetry as an immaterial construction through the reception of Ho-race's Ode 3.30 in Russian literature (from Derzhavin and Pushkin to Bryusov, Mayakovsky, Khodasevich, Brodsky, Zakhoder and Purin, whose works have not been analysed before). The study of monument poetry leads to singling out its characteristic features: the dominating motif of the words of poetry as forming a more abiding monument than stone or bronze (which can potentially incur an egocentricity on the part of the poet); intertextuality ranging from allusion and direct quotation to bricolage, pastiche and parody; the unfolding of the basic metaphor through spatial and temporal perspectives. Pushkin's poem can be viewed as the source of the immense popularity of Horace's ode in Russia, which is incomparably greater than in the literature of other nations. Pushkin's own challenge to the canonical treatment of the metaphor is directed not only at Horace's but also at Derzhavin's poem, with which the canonization of the verbal monument tradition began in Russian literature. Subsequent polemic responses, including those of Bryusov and Mayakovsky, are invariably directed at Pushkin's poem, confrming its continuous presence in the collective memory of Russian-speaking nations. Later responses in what became a tradition tend to employ forms of parody that challenge or transform rather than destroy the verbal monument metaphor, maintaining it as an open system potentially available to postmodernistic literature, “defamiliarising” it through the prism of travesty, as in Brodsky's poem, or of irony, as in Khodasevich's or Zakhoder's parodies, or of bricolage, as in Purin's verse, whose success remains open to further challenge.
В статье анализируется метафора поэзии как нематериального памятника, увековечивающего заслуги поэта, на примере рецепции оды Горация 3.30 в русской литературе (от Державина и Пушкина до Брюсова, Маяковского, Ходасевича, Бродского, Заходера и Пурина, чьи стихотворения до сих пор, насколько известно, не привлекали внимания исследователей). Изучение поэзии, основанной на метафоре поэтического памятника, позволяет выделить ее характерные черты: интертекстуальность, выражающуюся в цитатах, аллюзиях, пародиях, бриколаже, пастише; доминирование мотива поэтической эгоцентричности; развертывание метафоры памятника во временнóй и пространственной перспективах. Метафора поэтического памятника становится фактом русской литературы благодаря Ломоносову и Державину, однако своей необыкновенной популярностью в России (несравнимой с ее судьбой ни в одной литературной традиции) ода Горация обязана стихотворению Пушкина, с которого начинается разрушение канонического осмысления метафоры поэзии как невербального памятника. Полемические отклики Брюсова и Маяковского направлены на стихотворение Пушкина, подтверждая постоянное присутствие метафоры поэтического памятника в коллективной памяти наций, говорящих на русском языке. Пародийное осмысление продолжает процесс деканонизации литературной традиции, показывая ее важность для современной культуры, которая подвергает рассматриваемую метафору «остранению» травестией, как в стихотворении Бродского, или иронией, как в стихах Ходасевича или Заходера, или бриколажем, как в «Памятнике» Пурина. Традиция, основанная на метафоре невербального памятника, трансформированная, но не уничтоженная пародией, представляет собой открытую систему, а потому ее пародийное (или каноническое) осмысление скорее всего обречено на продолжение в постмодернистской литературе.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.