В статье рассматривается освещение азиатских завоеваний египетской XVIII династии (XVI-XIV вв. до н. э.) в историографии советского довоенного времени. Влияние однородно-тенденциозного массива египетских источников, рисующих эти завоевания в преувеличенно-триумфальном свете, оказывало своеобразное давление на исследователей и побуждало их также изображать эти завоевания преувеличенно сравнительно с тем, что и тогда можно было бы установить по имевшимся источникам. Для объяснения причин этих завоеваний привлекались, в духе тогдашних мировых историографических тенденций, скорее сравнительно-умозрительные конструкции и аналогии с явлениями иных времен, чем данные источников. При этом в особенной степени в отрыв от источников и противоречие с ними входили именно марксистско-ленинские умозрительные схемы (осмыслявшие египетские экспансию как погоню за рабами), в то время как немарксистские авторы были в этом отношении намного умереннее, например, Б. А. Тураев частично корректировал умозрительный характер распространенных схем в пользу конкретных данных источников.
The paper deals with the treatment of the Asian conquests of the Egyptian Eighteenth Dynasty (16th-14th centuries BC) in Russian historiography of the Soviet pre-war period. It is revealed that the influence of a homogenously tendentious massive of Egyptian sources (which naturally portrayed these conquests in an exaggeratedly triumphant light), exerted a kind of pressure on researchers and prompted them also to depict these conquests in an exaggerated way in comparison with the reality that could already in those times be well traced on the basis of then available sources. To explain the reasons for the expansion of the Eighteenth Dynasty in Asia, in the spirit of wide-spread trends of world historiography of the epoch, comparative-speculative constructions and analogies with phenomena of other times rather than the data of Egyptian sources were used. It is noteworthy that such an “estrangement” from the sources, even up to serious contradiction with them, in favor of speculations and distant analogies, was much more developed in Marxist-Leninist speculative schemes (which interpreted Egyptian expansion in Asia first of all as a hunt for slaves) than in works of non-Marxist authors of the epoch who were much more moderate in this respect. B. A. Turaev showed a tendency to correct some generally accepted speculative and exaggerated features of widespread Egyptological schemes of the time in favor of concrete data from sources.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.